Российский Гей-Сервер
  На главную | Регистрация | Наши форумы | Контакты | Открытки | Реклама на сайте | Карта сайта   
Почта
    
ЛОГИН:    Регистрация ПАРОЛЬ:  Забыли?
 --    
  Поиск по сайту:  
      

Голосование
Насколько долго вы сможете поддержать Вашу гей-семью?
Менее года...

Обычно через два года расходимся

Вас хватает на 4 года

Живем уже 8-10 лет и счастливы

Меня не интересует гей-семья


BBS форумы
  • Общий форум

  • Эскорт-услуги

  • Сниму/сдам квартиру

  • English BBS

  • Советы авторам

    Региональные BBS:



  • полный список >>>



  • Навигация
  • Вход в ЧАТ


  • Ваш аккаунт


  • Добавить статью


  • Журнал


  • Наши опросы


  • Список пользователей


  • Приватные сообщения


  • Рекомендовать сайт

  • Отдых, Общение

  • Гей-Фотогалереи


  • Регистрация на сайте


  • Знакомства


  • Открытки


  • Гей-видео обзоры


  • BBS Форумы


  • Отдых, гей клубы


  • ВИЗА
    Жизнь Российских геев за границей


  • Спорт и гомосексуальность



  • Гей литература
  • Литература, рассказы


  • Анекдоты


  • Приколы, Юмор


  • Доктор Сердце


  • Цветная жизнь



  • Психология
  • Здоровье, Психология


  • Геи инвалиды


  • Разберись в себе


  • Общество, гомофобия


  • Общество, Тюрьма



  • Ссылки

  • Качественный хостинг


  • WEB-дизайн


  • Знакомства


  • Открытки


  • BBS Форумы


  • be number one Rambler's TopShop


    Секс, Информация
  • Фетиш


  • Анальный Секс


  • Оральный секс


  • АнтиСПИД


  • Онанизм



  • Наука
  • Армия и Геи


  • Основы сексологии


  • Наука


  • Лесби раздел


  • Новости


  • Gay Guy



  • Мода
  • Стиль, Мода и Красота


  • Модельеры


  • Звезды эстрады



  • Джон Виктор Гейн. Очень динная история. Часть 5.





    Часть 5. Поведение Дена мне было не понятным. А все, что я делал дальше в тот вечер было еще непонятнее. Вместо порции великолепного секса, мы постепенно начали выяснять отношения. Он был очень зол. Одна колкость в мой адрес. Я отрешенно мотал головой, на все дурацкие фразы произнесенные им.
    Еще не исчез привкус крови во рту, а ком в горле подкатил так близко, что дышать стало невмоготу. Это был какой-то бред… Мой друг нес такую околесицу - в пору затыкать уши. Да, он теперь был женат. Да, я мог понять, что его жена ждет ребенка. Но, что могло так повлиять на него…? Раньше он был таким рассудительным.
    Он говорил, что я хочу выставить его, что, если бы он сразу сказал, что между нами ничего не будет, то я бы и не встретился с ним, и что может ему не стоит распаковывать чемоданы, а сразу направиться в гостиницу. Он заявил, что я стал полноценным ньюйоркцем, у меня один секс на уме, и что наши отношения, скорее всего для меня, теперь ничего не значат… Типа раньше было все иначе. Отнюдь. И мы оба знали - это, неправда.
    Мне стало дурно от предчувствия потери друга. И тогда я решился на дерзкий шаг. Схватив Дена за плечи, изо всех сил прижал к себе, уткнувшись носом в его волосы. Он сделал несколько судорожных попыток вырваться, и затих.
    - Мне не хватало тебя, Денни…- спустя пять минут произнес я.
    - Правда..?, - он робко посмотрел мне в глаза. Я понял, что он просто ждал этих слов.
    - Ты мой лучший друг… Понимаешь…? Даже если мы не вместе, мы не перестали быть друзьями… Я не заставляю тебя спать со мной… Парень ловил каждую мою фразу. Наконец-то расслабился, и успокоился.
    - Но так хочется просто изнасиловать тебя…
    Наконец-то Ден засмеялся.
    Продолжать тему про дружбу я не стал. Он начал распаковывать вещи, а мне представилась возможность последить. Однако, что-то все-таки неуловимо поменялось в нем. Вещи были тщательно уложены и поглажены, явно не им самим. Рубашки и галстуки, идеально подходили. И когда на тумбу у кровати встала небольшая фотография, то стало понятно, кто сотворил это преображение. Его жена, глядела с фотографии на меня, словно немое предупреждение. На ум тут же пришло недавнее знакомство с Сесиль. Правда, девушки были совершенно разные. И Сес не являлась законной супругой Адаму. И вообще, я ее больше не видел с парнем, ни разу.
    Пристальное, мое внимание к фото жены, Ден счел за повод поговорить об этом. И первое что я узнал, было то, как он ее любит. Он не был притворщиком. Это была истинная правда. Их отношения не строились на деньгах ее отца и работа тоже. Девушка была вполне независима.
    Мне хотелось узнать, наконец, что осталось у Денни для меня. Если вообще что-то осталось. Парень потихоньку сполоснулся в ванной, и лег на полу, на расстеленном надувном матрасе, взяв в руки книгу об альтернативном мышлении Даниэля Галя. Отвратительное зрелище, скажу я вам. Последний раз я читал эту пакость, когда приходил Майкл с цветами. Да и то, только пару страниц. Даниэль, как урожденный кретин, не выезжая за приделы Лос-Анджелеса, делал далеко идущие выводы о поведенческой системе человека. Чтиво, специально для тех, кто не может сказать слово «да» самостоятельно.
    Мой бывший парень, изо всех сил, не замечал меня. Сказать, естественно, не мог или просто не хотел. Я к полуночи притушил светильник. Засыпал с полной уверенностью, что Ден неотвратимо для меня потерян. Только горечь во рту, жгла нестерпимо. Сегодняшний поцелуй вполне мог быть последним.

    Где-то далеко сквозь сон, запищал будильник. Его писк был все ближе и ближе, пока не навис над самым ухом. Я, как обычно, рукой хотел прекратить этот издевательский звук, но будильник вдруг сам смолк. Я открыл глаза. Надо мной нависал обнаженный торс Дена, лежавшего, к моему удивлению, под моим одеялом на постели.
    Наши глаза встретились. Рука парня медленно запрокинула мне голову назад и он страстно впился мне в губы. Вот ведь черт! Мне пришлось изрядно изогнуться, чтобы он мог пристроиться поудобнее. Поцелуй был нескончаемым.
    Но время нескончаемым не было. Спрыгнув с кровати, я мог поклясться, что за спиной у меня выросла парочка крыльев. Настолько легко мне было. Денис в позе лотоса сидел на краешке кровати с закрытыми от блаженства, глазами.
    Мы молча, улыбаясь, выпили кофе с конфетами, которым Ден очень обрадовался. Молча одевались, завязывая галстуки друг другу. Теперь уже он прижимал меня к себе, притягивая за ремень. Я смотрел на него, и искал в глубине глаз ответ. Что произошло между нами вчера. Его лицо изменилось. Только теперь это стало заметно. Он не был больше тем мальчиком-конфеткой, что в колледже. Теперь я целовался с мужчиной, с самыми идеальными чертами лица, которые когда-либо видел. Парочка прядей спадала ему на лоб, придавая трогательную, но зрелую сексуальность.
    Меня действительно притягивали только очень красивые парни. То ли это стало жизненным кредо, то ли само собой так случалось. Но разве такое может быть важным, когда оно происходит каждый день. Даже к самому удивительному привыкаешь, если видишь постоянно.
    В такси, громко пела Марайя Кэрри. Водитель неумело подпевал ей, еще громче сигналя конкурентам. Вряд ли, слова, произносимые им о любви и новой встрече, что-нибудь для него значили. А я думал в тот момент именно об этом, скрывая за спинкой сиденья наши соединенные с Деном ладони. Он вышел на седьмой авеню, помахав мне в окно.

    К моему, опять же, удивлению, я застал уже с самого утра в отделении полный бардак. Все носились как угорелые с папками и кипами бумаг. Начальник был сильно бледен. Рядом с ним стоял высокий мужчина, с белыми от седины бакенбардами. Он указывал еще пятерым людям в забавных коричневых свитерах, что и где осматривать и держал на весу толстенный бухгалтерский журнал. Блэк, на ухо сообщил мне, что это внеплановая проверка из головного офиса. Такие проверки проходили регулярно весной и осенью. Дату экзекуции, конечно же, не сообщали. Это становилось каждый раз сюрпризом.
    Почему-то меня вся эта канитель ни капли не взволновала. Может быть, мысли просто были не об этом. Мужчина - проверяющий попросил предоставить ему все мои записи. Мы подошли к моему столу, и он лениво стал листать тетради. Чего он там искал, оставалось загадкой. К нему подносили ворохи листочков, с которых он просил сделать копии и собирал всю эту макулатуру в пухлый портфель.
    Часа через три, когда рядом со мной собралось несколько клиентов, меня, нехотя, отпустили пообщаться. Седой, неоднократно, бесцеремонно вмешивался в наш деловой разговор, узнавая у меня назначение и смысл той или иной записи. Клиенты возмущенно кривили лица от такой невоспитанности, но молчали.
    Самое забавное началось сразу по прибытии представителя сети «Hot Chicks» толстенького лысого человека лет сорока семи. Он вышел из лимузина, чем сразу отвлек всех, на минуту оторвав от беготни. Все в нем говорило о деньгах, и не малых. Одежда, обувь, манеры, даже вставленный в ухо телефонный приемник, в виде золотого колечка.
    Миновав зал, он незамедлительно спросил что-то у одной из кассирш. Та сразу подскочила и, проведя его мимо Мистера Блэка, подвела ко мне. Я, ошарашено, перебирал в мозгу, что бы это могло значить. Человека звали Берт Рэйнольдс. Миллионер поневоле, как его окрестили газеты. Он торговал поджаренными цыплятами, пока не соединился с очень крупным конгломератом. И не начал богатеть прямо на глазах. Цыплята, никуда не исчезли, просто стали наводнять Нью-Йорк со страшной силой. Невозможно было пройти и ста метров, чтобы не увидеть лоток с этим товаром.
    Но что он искал здесь? И конкретно, причем был я?
    Рэйнольдс, шаркающей походкой, подошел ко мне, протягивая пухлую ручку. Я незамедлительно крепко, но осторожно ее пожал. Никогда мне еще не приходилось видеть настолько богатого клиента, да еще так близко. Во рту пересохло.
    - Рад с вами познакомиться… э-э-э.., - Он не улыбнулся, а скорее оскалился, белые ровные зубы сверкали в свете лампы. Прямо как в рекламе пасты.
    «Зубы не настоящие»,- сразу пришло мне на ум. Я представился.
    - М-да, конечно. Мистер Майлз, по секрету сообщил мне, что это Вы сочинили предложение, которое меня так заинтересовало…
    - Расширенный договор на оказание банковских, и посреднических, услуг.., - подсказал я.
    - Именно!
    Он немного помялся, озираясь вокруг, и потом снова обратился ко мне.
    - Думаю, что я могу получить всю интересующую меня информацию по этому поводу.
    Разговор перешел к тексту договора. Мы обзавелись калькулятором, и, в пять минут, я разложил ему по полочкам все цифры с процентами за услуги банка. Берт нахмуренно еще раз пересчитал все сам. Мы еще раз прошлись по тексту, где на самых острых моментах он выразил кое-какие недовольства. По опыту предыдущих клиентов, я уже знал, что делать в подобной ситуации. Пришлось убедительно доказывать, что годовое обслуживание определенного количества точек, гораздо выгоднее стандартного договора. Оторвавшись от процедуры проверки, Блэк присоединился к нам. По боссу было видно, как довлеет над ним денежная масса клиента. Руки его немного тряслись.
    Я внимательно следил за мимикой представителя. Судя по ней ему, не по нутру пришлась только одна закавыка в документе. Мне было не лениво, вытащить свой блокнот и объяснить во всех подробностях саму причину появления столь серьезного пункта. Блокнот я держал всегда при себе. Он не ложился в мой рабочий стол, и, естественно, доступа к нему не было ни у кого.
    Из-за блокнота и возник небольшой эксцесс. В пылу растолковывания Рэйнольдсу сути, я не заметил, что мои записи вызвали неподдельный интерес не только у Берта, но и у проверяющего.
    С той же откровенной бесцеремонностью, он, встав за моей спиной, потребовал выдать ему для изучения блокнот, прервав на полуслове представителя. Берт мгновенно покраснел.
    - Разве Вы не видите, что мы разговариваем…?
    Округлый лоб клиента даже вспотел, но на седовласого слова не подействовали никак. Он еще раз громко потребовал блокнот. Мне стало жутко неудобно и очень стыдно за такое обращение, но личное унижение было еще хуже. Тем более, что в блокноте были записи не касающиеся работы.
    - Это мои личные записи и …
    - Я сам решу какие это записи…,- грубо отрезал седой. Все уставились на нас. Блэка трясло. Меня тоже только от возмущения. За дерзость могли уволить. Но пресмыкаться я был не намерен. Глядя прямо в глаза проверяющему я выпалил:
    - В записях присутствует информация о других людях, которую, я не имею права выдавать не под каким видом…
    Седой открыл было рот, но смолк. Ситуация для него оказалась нестандартной. Видимо до этого подобной формулировки он не встречал. Спас меня Берт. Его пухлое личико было обезображено гримасой гнева. Глядя снизу вверх, на проверяющего, он пообещал, лично настучать Майлзу, о том каким образом работают его подчиненные. Пять минут его пламенной речи, сравняли высокого мужика с уровнем пола. В общем-то, он и вправду был для Рэйнольдса не чем иным, как частью интерьера банка, принадлежащего его деловому партнеру. Мы все такими для него были.
    - Продолжим разговор, - обратился толстячок ко мне и Блэку, чуть отдышавшись.
    Седой тупица, осложнил мне работу во сто крат. Клиент был зол, и настроить его на подписание договора, теперь не представлялось возможным. Все остальные полчаса нашей беседы этот кретин стоял рядом в полнейшем ступоре. Этим злил Берта, когда тот поднимал на него взгляд.
    Боже мой, тогда меня просто осенило. Я предложил пообщаться в холле, сидя на удобных стульях. Все согласились. Не видя причины своего гнева, клиент стал гораздо мягче. Энни, весьма кстати принесла кофе, прямо в зал. Умница. Пропорции кофе-сахар, чудесно совпали с желанием дорогого гостя.
    Еще через двадцать минут, я смотрел, как Блэк ставит печать на свежеподписанном документе. Проводив нового клиента до самой машины, мы перевели дух. Блэк смотрел на меня по-отечески. Он понимал, что «Hot Chicks» - это треть всего нашего оборота. То есть, сегодня мы увеличили этот оборот на тридцать процентов сразу. Невероятно!
    Дверца машины захлопнулась, но перед этим у меня в руке оказалась визитка, на которой фигурными загогулинами было выведено имя Берта Рэйнольдса. Я сразу положил ее в карман. На всякий случай.
    В тот день, проверяющий больше, ни единого раза не подходил ко мне, но его подчиненные, то и дело, задавали мне вопросы. Блэк скрылся в своем кабинете и не показывался до закрытия. Как он потом объяснил, конфликт, возникший с инспектирующим, мог очень негативно отразиться на нашем положении. Седой имел какое-то положение в головном офисе, естественно и влияние тоже. Так я узнал и еще один способ моего начальника, справляться с проблемами. Способ страуса: спрятать голову в песок и делать вид, что все рассосется само собой. Печальный факт, задел меня сильно. Пришлось за него расхлебывать всю кашу.
    К трем часам появилась Грета Веккертон. Мы тихо попили кофе за моим столом, глядя, как злобно поглядывает на нас владелец седых бакенбард. Зато я выяснил, что, оказывается, числюсь в отделе, как экономист-аналитик, младший экономист, маркетолог и старший отдела рекламы. Ничего себе?! Расписываясь в отчете, напротив этих должностей, меня так и тянуло спросить, какого хрена..? Но тот же вопрос мне задал помощник проверяющего. Он с недоумением крутил головой, когда я не знал что ответить.
    Воистину, это был день удивительных вещей. После этого дня все стало происходить немного иначе, чем раньше.
    Вернувшись домой, я застал Дениса за приготовлением мудреного салата. Он немедленно обнял меня сзади и полез руками под рубашку. Господи, как хорошо мне было. Как прежде, в колледже.
    Что-то, я стал слишком часто вспоминать об учебе. Такие воспоминания обычно всплывают от неудовлетворенности жизнью, а я, вроде, всем доволен… Наверное…
    Не хватало одного, секса с Денни. Похоже, ему тоже этого не хватало, так как через десять минут мы уже вовсю развлекались на постели. Я облизал его всего: каждый миллиметр, пока он метался от поцелуев к моему младшему и обратно. К счастью, следует заметить, за прошедшее время, Ден не утерял ни капли сноровки и, вскоре, мы валялись измотанные, но довольные. Краем глаза я обнаружил, что портрет жены, он отвернул к стене. Кушая салат, Ден обронил: типа жена в курсе его амурных похождений. Я чуть не поперхнулся.
    - Ты, что всё ей рассказываешь…?
    - Да, у меня нет от неё секретов…
    - В смысле, и о нас…,- я повел пальцем в воздухе, - ты тоже все рассказал…?
    Он укусил булочку, и, жуя, кивнул. Вот это да! Славненько! Но если она знает…?
    - И она тебя отпустила, зная, что ты скорее всего переспишь со мной?
    Он снова кивнул. Большой кусок булки Ден пережевывал с трудом. Поэтому больше мычал, чем отвечал. Из его мычания мне все же удавалось составить осмысленные фразы:
    - Я рассказал все еще до свадьбы… Она приняла спокойно.
    Он прожевал и уже внятно добавил, глядя мне в глаза:
    - Ты же единственный мужчина, с кем я хочу этим заниматься…
    И снова направил салат в рот, будто все этими словами объяснил. Наоборот, у меня возникло еще больше вопросов. Если бы я был его женой, то никогда в жизни и близко не подпустил бы его к бывшему любовнику, а не то, чтобы дать возможность снова уединиться с ним.
    Ерунда какая-то. Его жена сумасшедшая или глубоко в нем заблуждается, свято веря, что он хранит ей верность.
    - Извини, но я её не понимаю…,- пришлось признаться в очевидном.
    - Это было одним из условий нашего брака… Лара, пыталась оспорить, но теперь уже смирилась… Ведь ничего уже не изменишь…
    Я ни черта не понял в его словах. О чем он говорил?
    - Не изменишь, что ты стал геем?
    Он отрицательно мотнул головой. Пришлось перебирать.
    - … бисексуалом…?
    Снова нет. Хитрые глазки парня снова блестели. Какой-то подвох крылся во всем этом. Почему нельзя сказать прямо. Я занервничал. Других мыслей не приходило.
    - Дело в том, что я уже давно…
    Ден вытер руки и, поднявшись, вплотную приблизился ко мне. Выглядело все заговорщически.
    - … уже давно… - ладонь его прошлась по моему прессу.
    - Ну, - не выдержал я. - Что ты давно…?
    - … давно… хочу тебя трахнуть…
    Его зубы впились в моё ухо, а вилка со звоном упала на пол. Какое замечательное желание. Я был с ним совершенно единодушен. Но одно точно, что в последний момент, Ден сказал не то, что думал, но о чем он на самом деле думал, выяснить времени не оставалось. В подтверждение своих слов, мой друг отодрал меня так, что, казалось, мир перевернется в тартарары. Пот капал с него градом, пока весь этот сладострастный садизм не закончился на, Бог знает каком, оргазме.
    - Мать твою, Денни, ты с женой-то, хоть последнее время…, - из последних сил выдавил я, отползая от мокрого друга.
    - Каждый день…, прошептал он, тупо глядя в моё плечо.
    Враньё было невероятным. Так же невероятно быстро, я заснул.

    Весь следующий день мы были неразлучны. Я, спозаранку, повел Дена по столичным достопримечательностям. Было довольно прохладно, особенно до полудня. Закутавшись в плотные куртки, на ветру, мы долго стояли у ограждения и смотрели на волны залива. Сзади возвышалась Статуя Свободы, а вдали железным блеском манили проходящие мимо корабли.
    Поздняя осень завалила весь город желтыми листьями, местами, примерзшими к асфальту. Наш путь прошел через центр Манхеттена к одному из главных мостов, за которым у причала стоял прогулочный катер. Сидя на деревянной скамье катера, мой друг был молчалив. Его странное настроение, как смог, все время нависавший над Нью-Йорком, постоянно омрачал любой диалог о наших отношениях. Все, то и дело сводилось к его жене. Неужели обязательно нужно напоминать мне о её существовании.
    Денни признался, что его миссия, с которой он сюда прибыл, провалилась. И зная это, он грустил еще больше. Я, конечно, подозревал, что он прибыл договориться с кем-то о сотрудничестве. Но остальное было для меня тайной. Два битых часа, я крупицу за крупицей, выуживал из него информацию. Автомобильная компания желала с его помощью обрести единомышленников с деньгами, коим являлся Совет Попечителей Большого Яблока. Проще говоря, нужда в дополнительных средствах вынудила.
    В моём личном представлении, Попечители, были жадными стариканами с трясущимися руками, у которых лишнего цента не выпросишь, какое там, согласиться на аморфные двадцать пять процентов в непонятно каком году. Дела Дена были плохи.
    Похлопав друга по плечу, я завел его в магазин распродажи одежды. Тут впервые за день его глаза загорелись. Горы непроданного в дорогих магазинах белья, ворохи свитеров и брюк - вот раздолье для души… Денис дорвался до всего этого, примеряя все подряд. Он выскакивал из кабинки и крутился передо мной, как заправский манекенщик. Я, то одобрял его выбор, то приказывал немедленно снять несусветную чушь никак не идущую ему. Страсть к смене одежды, видно была не только моим исключением. Да и кто же из нас двоих, гей? Продавщица смеялась вместе со мной над глупым видом Дена в очередном тряпье. И, недвусмысленно, пялилась на меня, переставляя длинные, растущие от самых ушей, ноги в ультра короткой юбочке.
    При появлении второй, такой же красотки, в еще менее обременяющем наряде, купленном, по-видимому, здесь же, я схватил парня и потащил в другой отдел. Там он обзавелся спортивной шапочкой «Misse», и, мы незаметно для всех, прямо в примерочной, поцеловались. Ден с испугу покраснел, но был доволен по самое нехочу. Я как-то странно почувствовал себя. До меня стала доходить первопричина переживаний моего друга. Но сформулировать её ясно я пока не мог.
    Еще час мы катались на каруселях в Центральном Парке. Особенно приглянулись «перевертыши», там, где иллюзия уходящего из под ног пола настолько реальна, что крики и визги стояли нестерпимые. Там я понял, какие иллюзии есть у меня. Денису приглянулась очаровательная брюнетка в очках, он, то и дело, поглядывал на неё, а когда комната в очередной раз «перевернулась» с криком прижал девушку к себе.
    Пришлось, к сожалению, констатировать факт, что хоть Нью-Йорк и самый политкорректный из всех городов, но проделать тот же трюк со мной, Дену бы не удалось нас наверняка закидали бы помидорами и сдали в участок.
    Да и сам парень, не смотря на секс со мной, оставался обычным мужчиной. Ему нравились женщины, в отличие от меня. Наверно, поэтому я и желал его настолько сильно. Однако, разобраться в своих чувствах было невероятно трудно. Правду говорят некоторые знающие люди, типа лучший любовник для гомосексуалиста, это натурал. В моем случае, прямое попадание.

    Уже дома, насильно заставив друга, ознакомиться со всеми имеющимися у него в наличии бумагами, мы легли на ковер и стали тщательно искать причину столь быстрого отказа Попечителей. По его словам, ему дали от ворот поворот за коротких пять минут. Рекордные сроки, для принятия решения.
    Реально все выглядело удручающе. Даже тупой, без знания экономической теории, выкинул бы все посулы компании в урну. Бред, сочившийся с листков с бизнес планом, наверно мог бы изгадить мой ковер, если бы он был жидким. Ден даже с десятого раза прочтения, не видел, того, чего видел я. А именно, отсутствие какой-либо основы в плане.
    Понятно, почему это завернули столь быстро.
    Я посоветовал Денису отвезти все хозяйство шефу и подтереть тому зад бумаженциями. Он засмеялся, напомнив, что зад принадлежит отцу его жены, но выглядело бы все очень забавно. Правда Лара, не поняла бы такой шутки.
    Пришлось встать и нарочито уйти на кухню. Опять разговоры о жене. Она, хоть и не знакома мне, начала меня раздражать. Тем более, что между нами, была утренняя договоренность, ни слова о ней. А парня, магнитом тянуло ляпнуть про ненаглядную Лару. Я так злился на самого лучшего друга, а сам на следующий же день, совершил гадостный поступок, достойный всякого сожаления. Почему же меня не беспокоил факт, что парень мне ничего не должен. Мало того, как можно было требовать от него исполнения каких-то несуществующих обязательств. Когда я сам с большим усердием, сдерживался от упоминания о встреченных мной ребятах. Это было не просто раздражение, а чуть уловимое чувство собственника. Денис мог заниматься сексом со мной сколько угодно, но физически принадлежал только жене. Сие бесило меня все больше и больше. И с каждым новым упоминанием о ней раздражение нарастало.
    Адам таких переживаний не вызывал. С кем он спит, когда не спит со мной, наплевать. Но Ден…
    Он неслышно подошел ко мне и сел на подоконник. Снова его губа покраснела от укусов. Старая вредная привычка, которую я перенял полностью.
    - Я завтра возвращаюсь в Бостон… Вечером.
    Я кивнул в ответ головой. Конечно, мне это известно. Намек был не на отъезд, а на то, зачем я ссорюсь, когда времени, побыть вместе осталось так мало.
    - Я видел билеты…
    - Ты проводишь меня?
    Он с невероятной нежностью глядел на меня. И, по-видимому, чувствовал скорую разлуку. Глупый вопрос. Мог и не спрашивать.
    - Конечно…, - моя ладонь касалась его волос.
    На карниз уселась парочка залетных голубей. Мы стояли, обнявшись, и смотрели на птиц, пока те не улетели, испугавшись движения за окном. Движения от судорожно расстегиваемых штанов…

    Денис уезжал в шесть. У меня была возможность не дергаться на работе в воскресенье, спокойно отработав до трех. Возможность не осуществилась. Помимо очередного месячного отчета, подкралось время продления самых первых наших договоров. Конечно, всего лишь стандартная процедура. Клиенты, в основной массе, остались довольны сотрудничеством и, без проблем и проволочек, подписывались на следующий срок. Находились, конечно, и умники, пытавшиеся вновь навязать изменения.
    Я, составляя отчет, постоянно отвлекался. Приехал экономист любимой, алюминиевой компании. С ним пришлось провозиться дольше всего. Мужик привез с собой кропотливо собранные наброски его видения договора, и бросать дискуссию совсем не собирался.
    В разгар нашего боя, вдруг появился мистер Блэк. Неужели ему не сидится на заслуженном выходном? Он сразу проскочил в кабинет, поздоровавшись, слабым кивком головы.
    Экономист, неудачно втиравший мне свою линию, не ожидал сопротивления от столь юного, по его словам пацана. Я, в пух и прах, разносил каждую из предполагаемых «выгод». В конце-концов, он нарочито уперся и отказался подписывать бумаги без внесенных в них изменений. Пришлось, наглядно и убедительно, потрясти перед его упрямой рожей тремя сотнями точно таких же документов без поправок. Тогда он сломался.
    Я вздохнул, выпроводив этого упрямца, и тут меня ожидал удар.
    Из кабинета босса, ясно доносились слова:
    - … но, сэр, мне будет нужен будет новый экономист…
    Внутри у меня похолодело. Даже дышать стало тяжело. Я весь превратился в слух.
    - … да, сэр… конечно сэр, оповещу завтра, конечно…
    С кем разговаривал Блэк угадывалось безо всякого труда. Высокое начальство - однозначно. И, однозначно, это касалось меня. Голос босса, обрывался на каждой фразе, наверно его перебивали.
    - несомненно, это лучшее решение, Мистер Майлз…
    Боже. Сам Майлз. Я упал на свой стул и, схватившись руками за голову, пытался успокоиться. Что происходит…? Думать, о том, что меня увольняют, не хотелось, но думалось именно об этом. Катастрофа! И в такой момент…
    Тут мне вспомнился инцидент с проверяющим. Дьявол! Все факты совпали и подозрения усилились. Стало еще хуже…
    Из оцепенения вывел звонок. Звонил Адам. Я тут же слил ему свои переживания. Он посоветовал успокоиться и забыть об этом до-завтра. Как всегда, правильное решение! Еще парень предложил покататься на взятой напрокат у его родственников, машине. но мне нужно было проводить Дена. Идеальное решение снова предложил Адам. Он согласился выступить в роли шофера и подбросить нас с Денисом до вокзала, а потом забрать меня на пикник.
    Я охнул. Какой пикник, к чертовой матери..! Завтра меня могут вышвырнуть из банка. Адам, засмеялся, и сказал, что ведь это будет только завтра. Опять прав. Голова у меня трещала, и я согласился. Не знал же я, что идеальное решение выйдет мне боком.

    Проводы стали не только печальной необходимостью. Они превратились, с моей стороны, почти в панихиду. Нависшее увольнение, как бетонной плитой, упавшей с десятого этажа, придавило меня. Башка трещала, и вертелось одно слово: «завтра».
    Погода стояла, подходящая обстановке. Большая, черная туча, покрыла все небо, готовая в любой момент разорваться мелким, мерзким дождиком.
    Денни собрал вещи и был наготове, когда я, обнимая его, высматривал в окно внизу желтую машину Адама. Все должно было выглядеть естественно. Мне не хотелось перед расставанием истерики друга от присутствия моего любовника. Условие только одно. Ден не должен ничего подозревать.
    Мы вышли из парадной и я помахал рукой, типа ловя такси. Естественно, передо мной остановилась машина с надписью «Lipton».
    «Водитель» в спортивной кепке, опущенной на глаза, спросил: «Куда нам надо?»
    Что я делал, не понимаю, и зачем тоже. Молча миновав пятый перекресток, Ден не выдержал и спросил:
    - Ты ничего не хочешь мне сказать, Джон…?
    Он, не отводя взгляд, смотрел мне в глаза. Но я не знал, что надо сказать.
    - Может быть мы с Ларой, переберемся в Нью-Йорк, Джон… Я не знаю. Она хочет. Даже не смотря…
    Я негромко кашлянул. Он умолк. И отвернулся к окну. Обиделся.
    - Я только за, Денни. Ты же знаешь.
    - Может придется даже уволиться… Если надо будет…
    Увольнение. Удар по больному месту. Зачем он сказал это?
    Достигнув вокзала, мы вышли, и «такси» уехало. Подхватив сумки, пошли на перрон, не разговаривая. Поезд уже стоял. Мое гробовое молчание друг воспринял, как тягость от расставания. Говорить о собственных проблемах я не стал. И так тяжко!
    Посадив его в вагон и уложив вещи, я вышел обратно. Ден встал у входа и смотрел на меня. Обнять его уже было нельзя. Поздно. Он все время порывался мне сказать, что-то важное, но замолкал и нес обычную ахинею, которую говорят при прощании.
    Поезд первый раз дернуло. Вагон слабо качнулся.
    Мои глаза стали почему-то влажными. Я так хотел сказать: «Не уезжай Денни!», но промолчал, запоминая каждое его движение. Что со мной было не пойму. Он расставил все на свои места. Наконец-то мои мозги осознали причины той невероятной горечи, скопившейся у самого сердца.
    Вагон тронулся. Ден быстро спрыгнул на платформу, и взяв меня за руку, прошептал в самое ухо:
    - Я люблю тебя, Джон Эштон. Я давно люблю тебя…
    Вытащив руку из моей сжавшейся ладони, он снова запрыгнул в вагон. Я пошел вдоль движения, смотря на моего Дена, пока поезд не отъехал на приличное расстояние и не ушел за поворот.
    Оставшись в одиночестве у подъемника, я дал волю эмоциям и разрыдался. Пока никто не видит, впервые позволив себе быть слабым. Потом упрямо вытер платком слезы и поднялся к площади. Туча наконец разверзлась и первые, в этом году снежинки посыпались на город, ознаменовав начало ранней зимы…

    Среди пестрой толпы у огромной парковки меня перехватил Адам. Увидев мое смятение, парень быстро запихнул меня в машину и повез, куда-то к окраинам. Мне было плохо. Слезы еще не высохли, а в душе словно каша - все перемешалось. Только сейчас, я понял: уехав Ден, прихватил с собой часть меня самого. Ту часть, в которой скрывались самые тайные и нераскрытые мысли.
    Его последние слова, эхом отдавались в звуке работающего мотора машины. Так вот почему, Ден так психовал. Вот почему он оттолкнул меня при встрече. Теперь все стало ясно. Словно последний штрих в картине, признание, расставило вещи на свои места. И дело было даже не в Ларе. Дело было во мне.
    Я замкнулся и не отвечал на расспросы друга. Все глубже погружался в себя. Что я испытывал к Денису. Зная о его чувствах, надо было растормошить свои. Ревность к его жене…? Да! Право собственника…? Тоже да! Но не более. Главным было другое, я не любил его. Не любил и все тут.
    Но он любил меня… Парадокс отношений, дурманил рассудок. Эта двусмысленность стала дикой, когда позже я втрескался в Питера, и не мог отделаться от ощущения дежавю.

    Мотор смолк у маленького домика, одного из сотни, почти таких же. Металлическая ограда, собака, крохотная веранда. Сорокалетняя женщина, встречавшая нас с радостью. Она обняла Адама, и, поцеловав в щеку, пригласила в дом.
    Среди множества цветов, словно в оранжерее, жила мать моего друга. Клаудия одна воспитывала сына без отца и была весьма горда, что он вырос у нее не наркоманом и подлецом, а нормальным человеком. За чаем с покупным печеньем она расспрашивала его о жизни. Через полчаса, ей удалось растормошить и меня, вернув к реальности.
    Женщина оказалась весьма «продвинутой», и наши с Адамом встречи ее не пугали.
    - Пусть лучше он спит с тобой, чем с проституткой Сесиль, а тем более… - она подняла глаза вверх, каждый раз охая, - Анита, черт бы побрал, эту сволочь…
    Когда Клаудия узнала, где я работаю и кем, то немедленно призналась, как любит самостоятельных мальчиков. Они, дескать, переворачивают мир.
    Мне жутко хотелось узнать про Аниту, но я смолчал. Оказалось, Адди, как звала его мать, имел весьма бурную личную жизнь. Женщина перевидала, ни много ни мало, с два десятка красавиц различных рас, но парня сын привел впервые, и то, что до встречи в ее домике, мы с ним были уже знаком порядком, стало для меня плюсом.
    Для чего Адам приволок меня к матери - не понятно. То, что она приятная дама, безусловно, но ведь услышать мою оценку, было целью нашего визита в пригород… Все напоминало, знакомство с родителями, один из атрибутов перед составлением брачного контракта. Снова сидя в машине, он признался, что рассчитывает на длительные отношения, и ни в коей мере, ни на чем не настаивает. Невероятно! Еще один. Да что же это такое творится? Мужики, что с ума посходили? Адам осторожно взял меня за руку и поцеловал в губы, пока мать, стоя на веранде, лицезрела происходящее. Какое отвратительное блядство! Над моей головой наверно загорелся номер двадцать один, и мы медленно поехали к городу.
    - Больше не делай так, пожалуйста,- попросил я, когда машина миновала первый мост, - ты даже не спросил: хочу ли я встречаться с твоей мамой…
    - Прости меня, но оставлять тебя дома одного, не выход…
    Его рука легла на мое колено, пока горел красный. Парень глубоко вздохнул.
    - Я буду с тобой до утра…
    Мой взгляд отрешенно перемещался с одного дома на другой, мелькавшие в окне автомобиля. Ничего мне от него было не нужно.
    - И завтра тоже приеду, можно…?
    Я повернулся к нему и кивнул. Будь, что будет. Сегодня я уже обманул одного человека, почему не обмануть и еще одного. Машина встала на парковке перед самой парадной.

    В квартире, он усадил меня в ванну и поливал теплой водой из душа. Как ни дурно мне было, но во всем происходящем имелась положительная сторона. Рядом находился человек, готовый прийти на помощь в минуты печали. Адам стал замечательным другом. И я как-то странно, почувствовал такой приступ угрызений совести, от которого голова пошла кругом. Какая я скотина. Обманывал Дена, сейчас притворствую с Адди. Вот придурок! А еще считал Майкла жеребцом. А сам…?
    Ужиная оставленной запеченной рыбой, я честно все изложил сидящему рядом парню. Все до единой мелочи.
    Он ковырнул палочкой в зубах и равнодушно, с удовольствием, потянулся.
    - Знаешь, наверно я повторюсь… Ты слишком правильный Джонни…
    - Правильный…? Не понимаю. Что в том плохого…?
    Друг задумался, формулируя фразу. Маленькая венка пульсировала на его шее, приковав моё внимание.
    - Ну, каждый, в тайне, хочет иметь рядом именно такого человека, Джон. Надежного, умного и…
    Он прервался. Его широкие плечи дернулись. Парень пододвинулся ближе. Взяв меня за подбородок, коснулся губами моих губ, но я не отреагировал.
    - … и такого красивого, как ты…
    И тут мой рот раскрылся, чтобы сказать ему, что я всегда считал его, красивее меня. Но сказать не удалось, потому, как занят, был поцелуем. Страстным поцелуем.
    Внутри включилась, эта чертова, оценочная машинка. Она немедленно стала складывать и вычитать все достоинства и недостатки, в технике партнера, выдавая мне количество набранных баллов. Выключить, этот дьявольский механизм я не мог никак. Исключений машинка ни для кого не делала.
    Адам в этот раз превзошел сам себя. Самостоятельно полез мне в штаны, и сделал то, что до этого люто ненавидел. И вошел в такой раж, что пришлось идти на кровать. Я не мог просто так смотреть, не доставляя удовольствия и ему.
    Львиный рык, изданный им в оргазме, стал для меня приличной наградой. Возможно, соседи содрогнулись от звуков диких прерий. Он не мог пошевелиться, в оцепенении застыв с раскинутыми в разные стороны, руками.
    Мои движения исполнялись почти в точности, что и сутки назад, только с другим парнем. Из меня начал уже получаться, заправский работник борделя. Обслуживание клиентов держалось на высоте. Может сменить работу…? Самое время…
    Парень прижал меня к себе и осторожно покрывал поцелуями шею. Потом, положив голову мне на плечо, разоткровенничался:
    - Я никогда… не думал, что смогу, вот так вот с мужчиной… Такое наверно бывает раз в жизни… Ты удивительный…
    Удивительный… Ха! Мне хотелось рассмеяться ему в лицо. Неужели не видно, кто я на самом деле…? Все так очевидно.
    - … я хочу сказать, у меня было много женщин.., но ни одна из них не сравнится с тобой… - Он осекся, и, запинаясь, объяснил, - в смысле, никто из них ничего подобного не умеет, да и наши отношения долго не выдерживали… Притворство одно…
    Тут я не выдержал и засмеялся. Смех был нездоровым, словно у экранного негодяя из поганого фильма. Адди отшатнулся. Я вскочил.
    - Притворство…? Хочешь увидеть настоящее притворство? Посмотри на меня…
    Я бесился, сотрясая воздух кулаками. Энергия так и перла изнутри.
    - Вчера я водил за нос своего лучшего друга - сегодня трахаюсь с тобой, а завтра… Что будет завтра…? - ответ напрашивался сам собой, - Завтра будет другой парень, потом еще один, и еще… Адам… это никогда не кончится…
    Он вскочил и помчался за мной на кухню и, схватив сзади, вжал в угол. Меня било в конвульсии, но его сильные руки, накачанные на тренировках, стальным захватом сдерживали движения.
    - Дурачок… Прекрати. Ты самый лучший, понимаешь…? Глупый.
    Наши взгляды встретились. Зачем он говорит, эту поганую чушь…? Он сам не верит своим словам. Не надо меня жалеть. Ненавижу, когда меня жалеют.
    - Ты ведь признался во всем… Осознал ошибки… Сделал выводы… Ты не притворщик, Джонни… В твоей жизни больше честности, чем в моей, чем в любой другой.
    Адам снова поцеловал в шею, пока я вырывался и тянулся к окну. В окне, темнотой зияла пустота, типа, той что была сейчас внутри меня. Мне словно хотелось увидеть, где-то за границей пустоты, в самом далеком ее уголке, нечто светлое, дающее осколок надежды. Но чернь, была непроглядной. Без конца и края.

    Горький привкус крепкого кофе, чуть-чуть взбодрил. А то и вправду стало ну уж очень дурно. Пора приходить в себя. Нельзя так. Полагалось быть сильным, а не стонать, словно сопливая девчонка.
    Следующий день готовил для меня массу неприятностей. И надо было встретить их с достоинством. Я ведь преодолел первые дни. А сейчас уже имелись и деньги и жилье, и черт подери, даже друзья. Это многого стоило.
    Парень валялся на кровати и переключал каналы телевизора. Его обнаженный торс с рельефной мускулатурой, искушал на действие. Я сидел рядом, поглаживая ему спину, и изредка мотал головой, прогоняя искушение. Но вытерпеть долго не смог, не в моей натуре, терпение подобного рода.
    Конечно, я завалил Адди, и подло стал делать своё дело. Он показушно сопротивлялся, пока резко запрокинув голову, не вскрикнул, потому как в этот раз, жалеть я его не стал и всадил по полной программе. Несколько тщетных попыток скинуть меня, только усилили мою хватку. Не спорю, добавление пары лишних царапин на спине в довесок к тем, что были, причинили боль. Если Адам хочет честности, то вот она честность, до упора.
    Узнавший, еще кое-что, о том, чего не умеют женщины, любовник, с перекошенным лицом, страдальчески изгибался. Вот и проверка на крепость отношений. Выдержит или нет…? Но он стойко все вынес. Когда говорят, «крепкая задница», имеют ввиду конкретную задницу. Задницу Адама.
    - Джонни, ты с ума сошел, садист…
    Я виновато отвернулся. Наверно действительно переборщил. Всего младшего, я засаживал, одному Бобби и то потому, что он сделал то же самое. Почему сейчас так получилось, не знаю. От злости пожалуй.
    - Да, что на тебя нашло такое…?
    - Девчонки тебе так не делали, правда?
    Он удивленно застыл и, заикаясь, возмущенно прошипел:
    - Чего ты…? Я… Да ты ревнуешь…
    - Ревную…,- я снова засмеялся, но не так злобно, - с какой стати…?
    - Да-да, ты именно ревнуешь…
    - Пошел к черту Адам…
    Но он не пошел никуда. Обхватив моё лицо ладонями, стал совсем-совсем близко. Его глаза были изумленными:
    - Да с тобой не все так просто… Ты вправду лучший… Я хочу кое-что тебе сказать…
    Мне это, кое-что, уже говорили сегодня в подобном тоне. Если я услышу такие слова еще раз, то с разбегу выброшусь в окно. С семнадцатого этажа, будет наверняка.
    - мы будем друзьями, Джонни…
    Ну вот облегчение. Хоть у него здравый рассудок.
    -… надолго, поверь мне.
    Говорил он уверенно. И оказался, как обычно прав.
    Не представляете, но спал я сном младенца. С одним лишь словом: завтра.
    Продолжение следует…









    Copyright © GAYA.RU: Российский сервер геев, лесбиянок, бисексуалов и транссексуалов. Гей Знакомства и многое другое. ГЕЙ - ЛЕСБИ - БИ - ТРАНС - Russian Les Bi Gay site. Все права защищены.

    Опубликовано на: 2004-05-25

    [ Назад ]




    [ Правовая информация | Связь с администрацией, контакты | Реклама на сайте]

    Copyright ©2002-2003 Gaya.Ru
    Все права защищены.
    Копирование информации допускается при согласованием с администрацией портала.

    гей, gay, голубой, гей сайт, гей-сайт, место для геев, гей досуг, педик, гей общение, гей чат, форум, gay, gaya.ru, пидовка, секс, геи, гомофоб, отдых, знакомства
    SpyLOG
    Открытие страницы: 15111 секунды